Деловая активность: запасы кончились. Что дальше?

Служба AR Research
18 часов назад
6 мин. чтения

Пустой промышленный цех с остановленным конвейером, почти пустыми складскими стеллажами и стоящим без работы погрузчиком; на полу несколько коробок, тусклый свет и ощущение остановившегося производства.

По данным Росстата, индекс предпринимательской уверенности в феврале 2026 года продолжил падение в добывающем секторе, снизившись на 1,1 п.п. до -7%, что является минимальным значением с середины 2020 года. В обрабатывающих производствах индекс остался вблизи нулевой отметки — 0,4%, незначительно снизившись к январю. Годовая динамика демонстрирует глубокий разрыв: в добыче падение составило 6,1 п.п. (с -0,9% до -7%), в обработке — 2,9 п.п. (с 3,3% до 0,4%). Ключевой фактор ухудшения в добыче — обвал ожиданий выпуска продукции с +1,5% до -3,3%. В обработке негативом стал провал оценок текущего спроса с -18,9% до -24,9%, компенсированный сокращением запасов готовой продукции.

Ещё в январе мы фиксировали режим удержания: обработка стабилизировалась за счёт запасов, добыча ждала возврата цен. В феврале этот сценарий исчерпал себя. Подробно о январской диагностике — в предыдущем обзоре.

Главный дисбаланс периода.

Добывающий сектор с кодом «вечная рента» окончательно потерял веру в возврат цен, обвалив уверенность до минимума с 2020 года. Обрабатывающий сектор с кодом «выживание за счёт запасов» исчерпал последний ресурс — склады опустели, спрос не восстановился.

Аналитика

1. Добыча полезных ископаемых: код «вечной ренты» сломался

Индекс предпринимательской уверенности в добыче упал до -7%, обновив минимум с мая 2020 года. Падение идёт седьмой месяц подряд: с августовского значения -2,5% сектор скатился на 4,5 п.п. Годовая динамика критическая: минус 6,1 п.п. к февралю 2025.

Главный драйвер ухудшения — провал ожиданий выпуска продукции на ближайшие 3 месяца: баланс оценок рухнул с +1,5% до -3,3%. Это не просто цифра. Это момент, когда код «посидим — перетряхнёт» перестал работать. В январе, напомним, ожидания ещё держались в положительной зоне. В феврале вера в возврат цен исчезла.

Спрос в текущем месяце оценивается чуть менее негативно (-21,7% против -23,6%), но это не компенсирует потерю перспективы. Запасы готовой продукции практически не изменились — код говорит: «держи, пригодится», хотя непонятно, кому это продавать.

Вывод: добыча вошла в фазу, где старый код (ждать и терпеть) окончательно сломался, а новый ещё не сформировался. Отсюда -7% — минимум с 2020 года.

2. Обрабатывающие производства: код «выживания за счёт запасов» исчерпан

Индекс в обработке составил 0,4%, незначительно снизившись к январю (0,5%). Годовая динамика показывает потерю 2,9 п.п. с 3,3% в феврале 2025.

Основной негативный фактор — обвал оценок текущего спроса с -18,9% до -24,9%. Это худший показатель с начала года. Спрос рухнул, но индекс удержался. Как? За счёт резкого сокращения доли предприятий, указывающих на избыточные запасы готовой продукции: с 6,3% до 0,3%.

Это не оптимизация. Это последний ресурс выживания. В январе мы писали: «Рост запасов при одновременном усилении ценовых ожиданий может означать либо ожидание более благоприятной конъюнктуры, либо замедление оборота при слабом спросе». Февраль дал ответ: это было замедление оборота. Запасы не дождались спроса — их просто распродали, чтобы не останавливать производства.

Ожидания выпуска остались стабильными, но это инерция, а не уверенность.

Вывод: обработка держится у нуля за счёт распродажи прошлого. Нового не создаётся. Код исчерпан. Тот самый «режим удержания», о котором мы писали в январе, в феврале превратился в режим истощения.

3. Производственные показатели: генетический минус

Загрузка мощностей в добыче сохранилась на уровне 60%, в обработке выросла на 1 п.п. до 62%. Это ниже потенциального уровня, что указывает на наличие резервов при отсутствии спроса. Но код не требует их использовать — он требует ждать. В январе ждали. В феврале поняли, что ждать нечего.

Кадровый голод остаётся острым: нехватка персонала в добыче оценивается в -18%, в обработке — в -9,3%. При этом предприятия не нанимают. Код говорит: «не уверен в завтра — не бери людей». Страх перед будущим сильнее текущей потребности. В январе это было ограничением. В феврале стало хроническим диагнозом.

Прибыль под давлением: в добыче баланс негативных оценок -17,2%, в обработке -2,3%. В добыче налоги не снизились пропорционально падению цен — код ожидал, что государство поможет, но государство не помогло. В обработке госзаказ ещё держит, но уже не растёт.

4. Ценовые ожидания: последний якорь

В добыче цены на реализуемую продукцию снижаются: баланс «снижение vs рост» составляет -7,4%. При этом через 3 месяца ожидается слабый рост (баланс +1,3%). Это не прогноз, это молитва: код говорит «должно же вырасти». В январе молитва ещё работала. В феврале — уже с трудом.

В обработке ценовое давление ослабевает: разрыв между ожидающими рост и снижение цен сократился с 13,9% до 13,4% в текущем периоде, но в перспективе 3 месяцев ожидания роста доминируют (15,6%). Это последний якорь, за который держится уверенность. В январе этот якорь казался прочным. В феврале он заметно просел.

ДИАГНОСТИКА: ЯНВАРЬ → ФЕВРАЛЬ 2026

Параметр	Январь (прошлый релиз)	Февраль (текущий)
Добыча	-5,7% (падение)	-7,0% (ускорение)
Обработка	0,7% (рост к декабрю)	0,4% (стагнация)
Спрос (обработка)	-19,2% (улучшение)	-24,9% (провал)
Запасы (обработка)	5,8% (рост)	0,3% (схлопывание)
Ценовой разрыв (обработка)	13,9% (рост цен)	13,4% (незначительное снижение)
Ожидания выпуска (добыча)	+1,5% (январь)	-3,3% (февраль)
Кадровый голод (добыча)	-18%	-18%
Кадровый голод (обработка)	-9,3%	-9,3%

Протокол давления Agrorisk

Главный дисбаланс периода

Интересные факты

📉 Добыча рухнула к минимумам 2020 года: индекс уверенности упал до -7%. В январе было -5,7%. Код «переждём» не сработал — цена не вернулась, уверенность не восстановилась. 📊 Ожидания обвалились: баланс прогнозов выпуска в добыче рухнул с +1,5% до -3,3% за месяц. В январе ещё верили в рост. В феврале поверили, что роста не будет. 📦 Спрос в обработке провалился: оценки текущего спроса упали с -18,9% до -24,9%. Январское улучшение оказалось ложным — спрос не восстановился, он лишь замедлил падение. 🔥 Запасы спасли индекс — в последний раз: сокращение доли предприятий с избыточными запасами с 6,3% до 0,3% удержало обработку от падения в минус. В январе мы гадали: «Рост запасов — это ожидание или затор?». Февраль ответил: это был затор. И он кончился. 🧑‍🌾 Кадровый голод — симптом кода: нехватка персонала в добыче -18%, в обработке -9,3%. Код говорит: «не бери людей, если не уверен». В январе неуверенность была. В феврале она стала хронической. 💰 Прибыль под вопросом: в добыче негативные оценки прибыли преобладают на 17,2%, в обработке — на 2,3%. Код ожидал, что налоги снизят — налоги не снизили. Ни в январе, ни в феврале. ⛽ Цены в добыче падают: баланс снижения цен превышает рост на 7,4%. Код говорит: «это временно». Но статистика говорит: седьмой месяц подряд. В январе было шесть.

Индекс деловой активности Agrorisk (ABAI)

Индекс деловой активности Agrorisk (ABAI) в феврале 2026 года составил 3 балла из 10, что соответствует зоне умеренного сигнала.

Сектор добычи находится в фазе системного сжатия (-7%), где генетический код «вечной ренты» несовместим с реальностью падающих цен. Сектор обработки балансирует у нуля (0,4%), исчерпав последний ресурс выживания — запасы. В январе мы оценивали ситуацию как «режим удержания». В феврале это уже «режим истощения».

Подробно о январской диагностике — в предыдущем обзоре: https://www.agrorisk.ru/post/business-activity-jan-2026 Характер динамики

Деловая активность в феврале демонстрирует структурный разрыв между добывающим и обрабатывающим секторами. В добыче падение носит системный характер, усугубляемый неспособностью кода адаптироваться к новой реальности. В обработке — стагнация с компенсацией падения спроса за счёт сокращения запасов, что создаёт неустойчивое равновесие. Накопленная динамика указывает на инерционное угасание в сырьевом секторе и потерю последнего буфера в переработке. Январская иллюзия стабилизации сменилась февральским диагнозом истощения.

5. Оценка трансмиссии в смежные сектора

Падение уверенности в добыче с лагом в 2–3 месяца будет транслироваться в снижение инвестиционной активности и спроса на оборудование. Стагнация в обработке при исчерпании запасов создаёт риски для занятости и налоговых поступлений. Ценовое давление в обработке ослабевает, но это не следствие роста эффективности, а результат сжатия спроса.

Наибольший риск — распространение негативных ожиданий из добычи на смежные отрасли машиностроения и логистики. Код «переждём» окончательно превратился в код «всё пропало». 6. Структурный сигнал

В январcком лонгриде мы писали: «Экономика удерживается в фазе стабилизации, но структурные ограничения сохраняются». В феврале ограничения стали критическими. Запасы кончились, вера в возврат цен исчезла. Промышленность замерла между старым кодом, который больше не работает, и новым, который ещё не родился.

7. Значение для агропродовольственного рынка

Для АПК февральская диагностика означает переход от «режима удержания» к «режиму неопределённости»:

спрос на сельхозтехнику со стороны добывающих регионов будет падать (код «не покупай, если не уверен» окончательно закрепился)
грузопотоки и заказы в пищевом машиностроении под вопросом — переработка исчерпала запасы, новых заказов нет
кадровая конкуренция сохраняется, но промышленность не высвобождает персонал — код «не бери людей» блокирует и найм, и увольнения
цены на энергоносители и удобрения могут стабилизироваться, но это снижение, скорее всего, не дойдёт до поля — код «оставь маржу себе» силён в добыче и переработке Финальная формула периода
Старый код кончился, новый ещё не родился. Промышленность замерла между. Январская стабилизация оказалась паузой перед февральским истощением.