РСХБ-Финанс формирует контур управления национализированными активами АПК

В российском агропромышленном комплексе складывается устойчивая институциональная модель управления активами, изъятыми в доход государства. Ключевым оператором этой модели становится РСХБ-Финанс — структура Россельхозбанка, последовательно консолидирующая национализированные предприятия аграрного и пищевого сектора.

Как отмечает РБК, в январе 2026 года под управление РСХБ-Финанс перешли ключевые активы группы КДВ — одного из крупнейших в России производителей снеков и кондитерских изделий (бренды «Кириешки», «Яшкино»). Активы были изъяты по иску Генеральной прокуратуры у предпринимателя Дениса Штенгелова и аффилированных с ним лиц и обращены в доход государства.

Принципиально важно, что в периметр КДВ входят не только перерабатывающие и FMCG-активы. Группа контролирует и сельскохозяйственные предприятия, в том числе агрокомпании в Алтайском крае, специализирующиеся на производстве зерна. Таким образом, под управление структуры Россельхозбанка попадают элементы всей цепочки создания стоимости — от первичного агропроизводства до глубокой переработки и дистрибуции.

Отдельного внимания заслуживает тот факт, что вместе с активами КДВ под управление РСХБ-Финанс перешла и компания, косвенно владеющая сахалинским Долинск Банк. Это расширяет модель управления за пределы АПК в узком смысле и указывает на формирование более широкой экосистемы, в которой сочетаются агробизнес, переработка и финансовая инфраструктура.

Кейс КДВ вписывается в уже сформировавшуюся практику. Ранее РСХБ-Финанс получила в управление активы агрохолдинга Ариант, включающие винодельческое производство, свиноводство и сельхозземли, а также предприятия пищевой переработки. В дальнейшем под управление структуры Россельхозбанка перешёл крупнейший в стране производитель макарон челябинская Макфа, включая связанные хлебопекарные активы.

Отдельное значение имеет передача под управление РСХБ-Финанс зернотрейдера Родные поля (ранее — ТД «РИФ»), известного всем зернопроизводителям и играющего системную роль на рынке экспорта зерна. Характерно, что национализированные активы со временем перераспределяются между различными структурами внутри экосистемы Россельхозбанка, что указывает не на временное администрирование, а на формирование долгосрочной управленческой модели.

Совокупность этих кейсов позволяет говорить о переходе от точечных судебных решений к институционализированной практике управления национализированными активами агропромышленного комплекса. Вместо разрозненных временных управляющих формируется отраслевой контур, обеспечивающий финансовую устойчивость предприятий, доступ к банковским инструментам и снижение рисков разрыва производственных цепочек.

Для государства такая модель означает сокращение транзакционных издержек и повышение управляемости стратегических активов. Для рынка — рост предсказуемости судьбы национализированных предприятий и снижение риска их дезорганизации в переходный период.

При этом консолидация активов вокруг Россельхозбанка не является универсальной моделью для всего агросектора. Показательным альтернативным примером стал агрохолдинг AgroTerra, один из крупнейших землевладельцев в России с земельным банком порядка 265 тыс. га. В 2024 году его активы были изъяты и переданы во временное управление Росимущество по указу Президента РФ. В этом случае приоритетом стало сохранение контроля над землёй и зерновой инфраструктурой, а не интеграция активов в банковский или отраслевой холдинг.

Иную траекторию демонстрируют активы кубанского агрохолдинга Покровский (240 тыс. га, 2,5 млн тн валовки), изъятые в доход государства в рамках дел о коррупции и злоупотреблениях бывших владельцев. Речь идёт о сельхозпредприятиях и земельном банке в Краснодарском крае, Ростовской области и ряде других регионов. Часть этих активов впоследствии была приобретена и консолидирована структурами ВТБ, на базе которых формируется агропромышленный холдинг Agrocomplex Labinski. В этой модели банк, глава которого Андрей Костин давно пытается освоиться в АПК, выступает пока что не отраслевым оператором, а финансовым инвестором и антикризисным управляющим с потенциальным выходом из капитала после стабилизации бизнеса .

Отдельного упоминания заслуживают региональные кейсы изъятий у бывших судей и чиновников. В том же Краснодарском крае по судебным решениям в доход государства обращались сельхозпредприятия, земельные участки, техника и инфраструктура, принадлежавшие аффилированным лицам высокопоставленных региональных фигур. Эти активы, как правило, сначала переходят под контроль Росимущества и лишь затем рассматриваются для передачи в управление или приватизации, без формирования единого отраслевого контура.

Национализация затронула и перерабатывающий сегмент продовольственного рынка, не связанный напрямую с сельхоз производством. Показательный пример — Glavprodukt, крупнейший в России производитель мясных и рыбных консервов, ранее принадлежавший иностранному собственнику. Активы компании были изъяты и переданы под государственный контроль, после чего предприятие продолжило работу уже в новом статусе, включая переориентацию на альтернативные экспортные рынки. Этот кейс демонстрирует, что в переработке государство чаще выбирает модель прямого контроля, а не банковского управления, что отличает её от аграрного контура РСХБ .

Таким образом, на горизонте трёх–пяти лет в агропромышленном и продовольственном секторе просматриваются три базовые траектории. Первая — консервационная, при которой активы остаются под прямым государственным управлением или в контуре Росимущества, как в случае AgroTerra и ряда региональных изъятий. Вторая — отложенная приватизация через финансовых инвесторов и банки, что наглядно иллюстрирует кейс активов «Покровского» и участие ВТБ. Третья — формирование специализированных квази-государственных отраслевых контуров, наиболее последовательно реализуемая Россельхозбанком в АПК.

На практике эти траектории сосуществуют. Земля и зерновая инфраструктура чаще остаются в государственном управлении, переработка может переходить под прямой контроль государства, а системные аграрные цепочки концентрируются в банковско-отраслевых экосистемах.

РСХБ-Финанс - не единственный получатель национализированных активов, однако именно в АПК вокруг Россельхозбанка сформировался наиболее цельный и воспроизводимый управленческий контур. На его фоне альтернативные кейсы — AgroTerra, «Покровский», региональные изъятия у чиновников и судей, а также Glavprodukt — подчёркивают, что государство использует дифференцированный подход. Форма управления определяется не универсальным шаблоном, а стратегической значимостью конкретного актива и его местом в цепочке продовольственной и экономической безопасности.

Заказать аналитический отчет или исследование